Божий автостранник

bozhii_avtostrannik.jpg

Не из какой-нибудь там заштатной Москвы - из славного города Петрикова на Гомельщине, где стоит дача самого батьки Лукашенко! Двадцатипятилетний учитель географии Виталий Говенько прошел этот путь на попутных машинах, имея в кармане… 900 русских рублей.

ОТ ФУРЫ ДО ДРЕЗИНЫ

Виталю я подобрал в Иркутске возле «Фортуны». Так случилось, что на одном пятачке Земли одновременно оказались сразу несколько людей с «левой резьбой»: педагог и травник Ефим Малинский, изобретатель из Байкальска, всерьез построивший вечный двигатель, я и мой герой со странной фамилией. Его, пыльного, с тощим рюкзачком, как магнитом притянуло к нашим видавшим виды легковушкам.

- Ангарск? Грузи манатки в багажник. До Красноярска не довезу, а вот до Тулуна - милости просим.

«Жигули» для автостопщиков - редкость: они предпочитают фуры, да подлинней. Мой герой оказался исключением: на короткие расстояния его подвозили и на легковых, а однажды удалось «застопить» даже… мотодрезину. Это было на Кругобайкалке, и железнодорожники были первыми, кто взял с путешественника 100 рублей за проезд.
- Это было уже на Байкале, на обратном пути, - рассказывает Виталя. - Добрался до Култука, а там пришел дизель или как у вас это называется - и двери не открыл.
Тут же, на станции, попались сердобольные железнодорожники. Дескать, на «рашку» - рельсовый автобус - ты уже не попал, а мы тебя довезем всего за сто рублей.

Погрузились в дрезину и начали - ну что бы вы думали: конечно, пить ее, родимую.
- Один машинист шпал не видел, другой трошки держался. Посередине пути ехали на самодельном мотоблоке дед с бабкой, и наш вагончик со всей дури врезался в мотоблок. Дед с бабкой махали, махали, а потом спрыгнули. На мотоблоке стояла банка с молоком, банка вдребезги, брызги в стекло - и только тогда машинист понял, что сделал что-то не то. А мотоблок от удара укатился аж на два километра, за туннель.

До порта Байкал с такой веселой компанией наш гость так и не доехал. Километров за двадцать у кого-то блеснула трезвая мысль, что в таком виде светиться на станции все же не стоит. А путешественник - на адреналине, но в восторге от всего увиденного - дошел до порта по шпалам и паромом переправился в Листвянку.

- Листвянка не понравилась. Пляжа нет, архитектуры нет… Просто ходить из бара в музей, из музея в бар - это для европейцев…

Из Листвянки так просто не уедешь: соглашусь с моим героем, что это коммерческая демоверсия Байкала. Так и пошел по трассе, пока не остановился «газик», водитель которого оказался местным. Угостил омулем и рассказал кое-что о своей жизни. Дальнобойщик со стажем, восемь лет работал в Украине, раз посидел ночь в КамАЗе под стволом пистолета. Бандит гуманным оказался: мол, не хочу грех на душу брать, тебя убивать, потому что чистый четверг. Даже документы выкинул вслед шоферу. Пошел тот по трассе, поймал другой длинномер. Спрашивает двух парней, что подобрали: не боитесь? А они ему: что нам бояться, мы сами бандиты…
Словоохотливый дальнобойщик и показал Витале дорогу на «Фортуну», где автостопщик стал моим пассажиром.

ВЁСКА ЛУКАШЕНКАВО

Нет такого села не карте Беларуси: есть курорт Лясковичи вблизи Петрикова - в прошлом деревня, которую объезжали за версту. Поскольку это самый чистый район Гомельщины (несмотря на то что от Чернобыля находится в двухстах километрах), здесь, в заповедном лесу, ударно отстроили дачу для Батьки. Территория в пару десятков га обнесена железным забором. За забор работягам давали премии, а за две недели до въезда Лукашенки начали класть в лесу асфальт. Последний ударный день, как и водится, закончился в два часа ночи. А в пять утра раздался звонок из Минска: мол, президент любит на роликах кататься, а вы тут такие окатыши положили! К приезду батьки асфальт переделали так, что палка скатывается в нужном направлении.

Надо полагать, основной роллер все же не батька, а сын его, малолетний Колька. Белорусы шепотом передают анекдот. Журналисты спросили Лукашенка: «Докольки (это как русское «Доколе!») вы будете президентом?» «А вот до Кольки и буду», - ответил Батька. До поселка прорыли судоходный канал от Припяти, понастроили банков и офисов… а перед ими на свежем асфальте красуются коровьи лепешки: провинция!

Но мы отвлеклись от судьбы героя: в Петриков его распределили после географического факультета университета имени Скорины. А когда, отработав в школе год и убедившись, что это «не его», Виталя - ведущий тенор местного церковного хора - поступил в гомельское музучилище, его поставили перед выбором: или отрабатывай второй год в неволе, или полностью плати за свой университет!
Так вот, он и одногруппники, которые также отрабатывают свои сроки, помечтали было вместе посетить Байкал, а когда подсчитали затраты на поезд и разделили на них свою учительскую зарплату…
Короче говоря, после недолгих тренировок на маршруте Гомель - Петриков Виталя решился на осуществление мечты.

- Деньги обменял еще дома, по официальному курсу: один к девяноста, - рассказывает мой попутчик. - Это вам кажется, что мало: при нашей зарплате в 3000 ваших рублей - вполне серьезная сумма.

И с этими девятью сотнями в кармане («Продукты я уже купил: геркулес и все такое…») учитель географии Виталий Говенько отправился в незнакомый мир братской России.
Все шло гладко до приграничного Липецка…

ЧЕЛОВЕК ЧЕЛОВЕКУ БАНДИТ
Соседка и правда оказалась «братской». Если в спокойной Беларуси на трассе останавливаются легко, то в России водители так боятся бандитов, что подсесть в машину можно только в городе или на заправке. От белорусского навыка пришлось отказаться.

В день географ делал по одной-две пересадки, всего же до Байкала сменил до двух десятков машин. Проходил в день от сотни до тысячи километров, ночевал в палатке, раз на пару часов прикорнул в «спальнике» фуры. Под Новосибирском неожиданно остановил «американца», спросил водилу: не боишься, что я бандит? А тот, в лад ему: а ты не боишься, что я бандит?

Машины попадались разные - от старенькой «жучки» между двумя селами и дряхлого КамАЗа до хороших «европейцев» и «американцев». Встретил даже женщину-дальнобойщицу: она катила на Красноярск на огромном «Мерседесе» с иркутскими номерами. Витале даже показалось, что оба водителя в караване женщины, но… дамы не остановились.

В Иркутскую область въехал от Красноярска с украинцем, лишь незадолго до цели путешествия тот свернул на Черемхово. Там, на развилке, познакомился с дорожниками и узнал первую правду о Байкале: один из них оказался выходцем из умирающего Байкальска. А от стройки до Иркутска катил на бетонном миксере. Тот высадил пассажира на окраине - как оказалось, именно в том Ново-Ленино, о котором сам же рассказывал как о бандитском районе. Там и правда полночи бузила молодежь, и лишь добрый парень на иномарке показал, как добраться до Иркутска-Сортировочного.

Мир оказался не без добрых людей: на станции дежурный железнодорожник дал воды…
Я вам скажу: это благо! Виталя лишь раз сел за стол - когда я его, голодного как волка, привез из Иркутска. И то, похоже, потому, что угощение застало врасплох. А от ужина, завтрака и ночлега отказался твердо! Заночевал напротив моих окон, в пойме Китоя, в палатке. А утром чуть свет уже сидел под окном и ожидал моего отъезда в таинственный Тулун.

ВОКРУГ СВЕТА В 58 ДНЕЙ
Кто же он, мой гость? Коренной гомельчанин, отец прессовщик, мать электромонтажница. От своей неблагозвучной фамилии, как утверждает, в школе не страдал: объяснял ее происхождение древнерусским глаголом «говеть». Крещен в младенчестве…

Я думаю, именно два последних фактора - корень Виталиного воздержания и одиночества. Видал, заехав с ним в Тельминский храм, как бьет парнишка поклоны ниже пояса. До сих пор - до двадцати - женат не был: «Бог миловал». Надо сказать, несмотря на геркулес, истощенным мой герой не выглядел - скорей загорелым и проздоровевшим. И какая-то потаенная мировая скорбь пряталась в его красивых голубых глазах…

- Расчетный срок прибытия домой - месяц с начала путешествия. Отпуск у меня 58 дней, но надо еще в «соколовское» (Гомельское музучилище. - Авт.) документы подать, с 25 июля по 8 августа. Учительское рабство закончилось, можно учиться любимому делу.

- А на что жить будешь без учительской зарплаты?

- Да мне не впервой. Когда в универе учился - подрабатывал дворником, и тут, даст Бог, не пропаду.

Как я понял, конечная цель Виталиного образования - духовное пение. Рок-н-ролл и попса ему чужды, и об эстраде с оперой путешественник тоже не мечтает.
А конечная цель путешествия…

Я так ее и не понял, как не понял за неполные сутки противоречивой души своего героя. Вежливо отказавшись ехать вместе до Усть-Илима и посмотреть наш Север, он выгрузился на тулунской развилке и бодро пошагал по трассе М53.

- Эй, смотри, в Братск не уйди, - крикнул я ему, обгоняя.
- Не волнуйтесь - все будет хорошо!
И он растворился в мареве автомобильных выхлопов. У него была мечта осуществленная - Байкал, мечта лелеемая - музыка, а также палатка и - подумать только! - целых сто русских рублей. С этой поклажей он надеялся пройти от края и до края свою братскую страну.

Сергей ЗИННЕР