Расширить территорию АЭХК

предлагает… сопредседатель БЭВ Марина Рихванова

Публичные слушания по созданию ЗАО «Центр по обогащению урана» на площадке АЭХК не принесли сюрпризов. Пожалуй, от подобных мероприятий слушания отличала необычная многолюдность - только зарегистрированных участников набралось 242, а вместе с представителями городских и областных СМИ, а также должностными лицами различных рангов количество присутствующих перевалило за три сотни.

Не состоялось и ожидаемых провокаций: «экологические анархисты» не почтили собрание своим вниманием и не вывесили даже вшивенького транспарантика, так что заполненный милиционерами УАЗ так и простоял впустую у входа на июньской жаре. В общем, все прошло без крайностей, о которых во вступительном слове сказал начальник отдела экологии АМО Владимир Путято:

- В одних случаях слушания превращаются в производственное совещание, в других - в референдум. И то и другое неверно: по закону в рамках экспертизы граждан обязаны лишь информировать о сущности проекта. Кстати, материалы по проекту ЦОУ были размещены в нескольких общедоступных местах, но ознакомиться с ними пожелали лишь 19 человек.

Опустим длиннейший доклад о сущности разделительного производства и затасканный тезис о том, что одно из европейских предприятий расположено в непосредственной близости от Лазурного берега. Суть проекта ЦОУ (ЗАО «Центр по обогащению урана») в создании на существующей площадке АЭХК нового современного производства по обогащению природного урана центрифужным методом. ЗАО сформировано на паритетных началах ОАО «Техснабэкспорт», входящим в свою очередь в состав «Атомэнергопрома», и казахстанским АО «НАК «Казатомпром». По словам специалистов Атомпрома, необходимость создания совместного предприятия продиктована общими интересами двух бывших союзных республик: Казахстан обладает богатыми природными запасами урана, но отстает в технологии, Россия же ощущает (скорее ожидает) недостаток сырья.

При этом страну, как и весь мир, ожидает очередной энергетический кризис - уже в связи с истощением природных запасов угля и нефти. Поэтому российская программа строительства АЭС расширена почти вдвое. Правительство всерьез озаботилось и экологической обстановкой: даже суперсовременная ТЭЦ, работающая на угле, выбрасывает в атмосферу на порядок больше вредных веществ, чем АЭС. Угарный газ, оксиды серы и азота, содержащиеся в продуктах сгорания угля, в принципе отсутствуют в выбросах АЭС. В угле содержится и природный уран, который при сжигании топлива также выбрасывается в атмосферу. При соблюдении технологий и техники безопасности выбросы атомных станций теоретически можно свести к нулю.

Собственно, слушания касались не преимуществ атомной энергетики вообще, а безопасности конкретного объекта. Новое производство, оснащенное газовыми центрифугами последнего поколения, будет располагаться в бездействующих ныне корпусах, где ранее происходило разделение изотопов газодиффузионным методом. Кстати, после запуска первого блока центрифуг, когда энергоемкий диффузионный процесс был выведен из производства, само оборудование так и не демонтировали. Это тысячи тонн металла, утилизация которого также потребует огромных материальных затрат. Установки, контактировавшие с радиоактивными элементами, невозможно просто отправить в переплавку: их дезактивация - сложный технологический процесс. Начало создания комплекса ЦОУ запланировано на конец 2009-го - начало 2010 года, а завершение - на 2017 год. При этом «отбить» затраченные средства, по оценкам руководства, удастся только к 2024 году, и лишь тогда производство станет по-настоящему рентабельным.

Новое производство, на котором планируется задействовать не менее 800 человек персонала со средней заработной платой в 31 тысячу рублей, будет отличаться от существующего полной замкнутостью «водяного» цикла. Забор воды из Ангары будет производиться только на естественные потери - испарение теплоносителя, циркулирующего в трех замкнутых контурах. Сброса воды из внешнего контура, по словам докладчиков, вообще не предусмотрено.

В обсуждении не прозвучало особо конструктивных критических замечаний и предложений. Удовлетворение открытостью слушаний высказал известный эколог (и экс-работник АЭХК) Геннадий Кондобаев. Он же отметил, что не все отходы производства отнесены к радиоактивным: в частности, в список не включены используемые в производстве сорбенты.

Очередную нелепость высказала вслух сопредседатель «Байкальской экологической волны» Марина Рихванова. Отметив существенный прогресс, который произошел в диалоге между общественностью и госкорпорацией «Росатом», она повторила известные тезисы о внепроектных ситуациях, например, падении на комбинат самолета, а напоследок заявила буквально следующее:

- Размещение на одной площадке двух заводов означает появление конкуренции. Как на одной площадке будут работать конкурирующие предприятия? Почему бы было не расширить территорию АЭХК?

Комментарии излишни, особенно если глянуть на карту района и схему самого комбината. Львиную долю затрат составляет именно капитальное строительство, и использование существующих площадей вполне логично. Замороженные корпуса рассчитаны, по некоторым данным, на прямое попадание ядерной бомбы в 16 килотонн.

Воздержались от публичных комментариев последовательные противники проекта журналист Дмитрий Таевский и физик Сергей Коренблит. Член общественного совету по МЦОУ Михаил Кулехов высказал свое мнение приватно:

- Как эксперт по рейдерским захватам скажу, что этот проект - не что иное, как схема увода активов, прекрасно отработанная в нашем регионе на примере «Саянскхимпрома» и «Усольехимпрома». Из акционерного общества со стопроцентным госпакетом капитал переводится в ЗАО международной принадлежности. Туда же уходит часть персонала, туда же налогооблагаемая база…

Справедливости ради отмечу, что в собственном релизе ЗАО «ЦОУ» декларирует, что отчисления только в региональный и местный бюджеты за весь срок реализации проекта составят порядка 137 миллиардов рублей (примерно 55 процентов всех налоговых отчислений ЗАО). Если речь идет о периоде до 2017 года, это примерно 20 миллиардов в год.

Вопросы, заданные присутствующими, оказались стандартно обывательскими, а порою и комичными. Как подытожил Владимир Путято, «это показывает уровень зрелости нашего так называемого гражданского общества, его способность вникать в проблему по существу». Впрочем, как еще раз подчеркнул главный эколог, слушания - не совещание и не референдум, а лишь предписанная законом процедура информирования, часть сложного рутинного процесса, сопровождающего реализацию любого проекта.