Костюм Путина с радиопередатчиками

Еще один проклятый русский вопрос — вопрос психической нормы

В марте прошлого года российское телевидение и российская публика открыли для себя Ирину Бергсет, одну из организаторов митингов в защиту «закона подлецов» и главу движения «Русские матери».

Госпожа Бергсет, напомню, вышла замуж за иностранца по интернету, переехала в Норвегию и, родив мужу ребенка, развелась. Норвежцы оставили ребенка матери, но разрешили ему видеться с отцом. Тогда г-жа Бергсет заявила, что отец бьет сына.

Сына проверили и синяков не нашли. Тогда г-жа Бергсет рассказала, что мальчик рассказал ей, что бывший муж угрожает бросить его на капот машины и переехать, и той же самой участью угрожает экс-жене и ее старшему сыну.

Норвежцы опять не поверили, и тут г-жа Бергсет вспомнила новое: оказывается, отец насиловал сына, да не один, а с целой компанией педофилов и педофилок.

И что вы думаете? Вместо того чтобы наказать отца-педофила, органы опеки заявили матери, что она сумасшедшая, и отобрали у нее ребенка. После этого г-жа Бергсет поняла, что в органах опеки тоже сидят педофилы! Она рассказала, что после того, как у нее отобрали мальчика, его отвезли в «красный дом», где детей наряжали в костюмы животных, украшенные детородными органами, разрисовывали голубой краской и насиловали. А что следов не оставалось, так это потому, что из изнасилованных детей потом вычищали сперму с помощью специального пылесоса, да еще и снимали все на фото и видео, и социальный инспектор, который отобрал у нее ребенка, понятное дело, насиловал мальчика вместе с мужем.

Госпожа Бергсет, забрав ребенка, отправилась к хирургу, чтобы тот его осмотрел, но хирург, услышав про костюм, обвешанный детородными органами, и спермопылесос, отказался это делать.

Тут-то госпожа Бергсет прозрела окончательно и поняла, что дело не только в муже и в органах опеки. Вся Норвегия — вотчина педофилов. И не просто педофилов, а еще и педофилов-антипутинцев. «Моего сына одевают в костюм Путина, и люди становятся в очередь, чтобы насиловать моего четырехлетнего мальчика, а я должна здесь молчать, потому что если я скажу об этом, то меня объявят сумасшедшей», — поведала Ирина Бергсет прямо на митинге.

В ноябре этого года российское телевидение и российская публика открыли для себя подростка Стаса из Красного Лимана Донецкой области.

«Подросток Стас, — поведали нам в репортаже НТВ, — перед камерой рассказал то, что трудно представить даже взрослому».

Дело было так: каратели пришли в их дом, избили мать, приставили к виску отца пистолет, а Стасу вкололи наркотики.

После этого на нашпигованного наркотиками ребенка они надели бушлат, нашпигованный радиопередатчиками, и послали его за 50 км на велосипеде, чтобы он разведал позиции ополченцев. Мальчик в костюме Путина, разрисованном детородными органами… ой, простите, нашпигованном радиопередатчиками, должен был стать мишенью для украинских ракет. Каратели пригрозили, что убьют его родителей, если он не выполнит требуемого.

«Мальчик сейчас в заторможенном состоянии, — сообщила в репортаже врач-нарколог. — На запястье правой руки осталось три точечных прокола по ходу вены, расширены зрачки, фрагментарная потеря памяти».

«Все, что было дальше, Стас почти не помнит, в сознании всплывают моменты, как он на велосипеде мчится в сторону донецкого аэропорта… Дальше — пустота. Когда прошло действие наркотиков, Стас с трудом вспомнил даже свое имя», — сообщает корреспондент.

На самом деле мальчика Стаса Петрова, сбежавшего в очередной раз из дома, родители искали с 12 октября. В полицейской ориентировке сообщалось, что у мальчика медицинский диагноз «легкая степень умственной отсталости» и склонность к бродяжничеству.

Чем там ширялся двенадцатилетний олигофрен со склонностью к бродяжничеству (или чем его угостили добрые ополченцы) — это, конечно, его дело. В наркотическом бреду да еще после просмотра российского телевидения и не такое привидится. Хорошо, что мальчик не вспомнил, как его насиловал Обама в костюме Путина.

Так что проблема не в олигофрене-наркомане. И даже не в «психологе Сабине», которая помогла мальчику вспомнить про «радиоуправляемый бушлат», — какая республика, такой и психолог. Дело в том, что считается в обществе психической нормой.

Сексуальные фантазии истеричных женщин и подростковые помешательства, в т.ч. вызванные галлюциногенами, не раз в истории человечества воспринимались как откровения.

До Ирины Бергсет были, например, луденские монахини, обвинившие приходского священника Урбена Грандье в том, что тот с помощью дьявола наслал на них порчу. Подробности, которые они рассказывали, посрамили бы даже усеянный фаллосами костюм Путина. До мальчика Стаса были салемские девочки, на которых никто из взрослых не обращал внимания, пока девочки не стали биться в корчах и ходить по улицам, указывая на дома тех, кто эту порчу на них навел. Тут девочки уже, конечно, добились так не хватавшего им внимания: по их обвинениям в тюрьме оказались 150 человек, 19 повесили, двое умерли, одного задавили до смерти. (Кстати, есть гипотеза, что и девочки, и монахини накушались вместе с пшеницей спорыньи.)

Но все-таки эти истории происходили в XVII веке. Довольно-таки страшный гибрид получается, когда к средневековому бреду подключают телевизор.
Автор: Юлия Латынина