Городские «завхозы» вместо мэров, или Что делает сити-менеджер в российском городе?

«Двуглавая» власть стремительно «расползается» по городам и весям нашей страны: то тут, то там на смену одному мэру, классическому, поспевают сразу двое руководителей. Один из них - выходец из местной думы, избираемый депутатами, второй - наёмный рабочий. «В итоге людей в очередной раз лишают законного права выбора», - твердят противники новой системы. «Но взамен-то население получает и умелого политика, и крепкого хозяйственника», - парируют сторонники.

Между тем, как показывает практика, ни тот, ни другой механизм от властного произвола не спасает. Так, на прошлой неделе по обвинению в подстрекательстве к покушению на убийство арестован бывший сити-менеджер Усолья Евгений Кустос (ранее дважды избирался мэром), а экс-глава Братска Александр Серов, обвиняемый в получении крупной взятки, находится под стражей.

Что же представляет собой институт градоначальников по найму - путь к процветанию территории или «убийство» демократии? Это мы попытались выяснить на очередном заседании политклуба «АиФ в ВС», участие в котором приняли теоретики местного самоуправления, политологи, народные избранники и начинающий сити-менеджер.

С политико-партийным «душком»

Вообще должность городского управляющего - это элемент одной из моделей организации местной власти, прописанных в Федеральном законе № 131. Она предполагает, что глава муниципального образования избирается из состава думы и автоматически становится её председателем, за ним закрепляются исключительно представительские функции. А «на хозяйство садится», то есть руководит местной администрацией, управленец-профессионал, с которым по итогам конкурсного отбора мэр заключает контракт. По уточнённым данным Минрегиона, «лихорадка» сити-менеджерства охватила 20% всех муниципалитетов страны (4782). В передовиках - Урал, где от прямых выборов мэров отказались все региональные столицы, недалеко ушли Центральный, Приволжский, Северо-Кавказский федеральные округа. Сибирь же, напротив, серьёзно отстала: у нас «контрактниками» обзавелись пока лишь два столичных города - Кызыл и Барнаул. Правда, в нестоличных процесс протекает куда более динамично. Взять нашу Иркутскую область, где в 2006 году сити-менеджер появился в Усолье-Сибирском, в 2010-м - в Ангарске, в конце апреля соответствующие поправки в Устав внесли депутаты Братска, и не исключено, что на очереди Иркутск.

- Как мы видим, практика развивается, значит, есть смысл обсудить потенциал данного института, - подчеркнул профессор ИГУ, заслуженный юрист России Сергей Шишкин. - Он для России новый, любопытный и вроде бы невинный, только у нас приобретает характер политико-партийной конъюнктуры. Всё делается быстро, по команде, «наскоком» (если поначалу новая система запускалась только после окончания срока полномочий думы, её инициировавшей, то теперь - незамедлительно. - Авт.). Так что жизнеспособность механизма пока сомнительна.

Вместе с тем эксперт выступает за избирательный подход, поддерживая позицию выдающегося представителя русской муниципальной мысли Льва Велихова, который в 30-х годах прошлого столетия на вопрос «Какую схему управления городом выбрать?» отвечал так: всё зависит от кандидатов в местное руководство. Есть яркий сильный лидер - разумно выбирать главу населением, нет такового - лучше нанять управляющего-профессионала, чтобы обезопасить город от экономических ошибок.

Штучный товар

Против повсеместного насаждения сити-менеджеров высказался и «один из них» - глава администрации Ангарского района Антон Медко, который подписал трудовой договор всего несколько месяцев назад:

- Механизм ни в коей мере не подрывает демократические основы местного самоуправления. Это выбор, который в конечном счёте остаётся за муниципалитетом. Нельзя отбрасывать данную модель в сторону как навязанную нам Западом, но и не стоит внедрять её тотально, в спешке, не обращая внимания на протесты населения.

Как же понять, нужен ли городской управляющий той или иной территории? Увы, конкретного перечня индикаторов мы нигде не найдём. Опираясь на теорию Велихова, можно утверждать, что ни в Братске, ни в Ангарске сити-менеджерам не место.

- Там немало ярких и сильных политиков, которые могут выдвинуть свои кандидатуры на прямых выборах, - уверен региональный координатор фонда «Голос-Сибирь», кандидат политических наук и ярый противник наёмных градоначальников Алексей Петров. - Я убеждён, что сити-менеджмент - это самое настоящее «убийство» демократии.

Людям уже просто некого избирать: сенаторов назначают, губернаторов - тоже, партийные списки на местных выборах навязали, теперь и до мэров добрались.

Плюс ко всему велик риск коррупции. Во многих российских городах институтом «наёмников» активно пользуются губернаторы для устранения неугодных мэров. Дело в том, что конкурсная комиссия, отбирающая претендентов на пост главы администрации, на треть состоит из представителей региональной власти, а таким «судьям» ничего не стоит провести «нужного» человека и в последующем влиять на его деятельность. Так что аргументы о том, что сити-менеджер будет далёк от политики, рассыпаются как карточный домик.

Кроме того, далеко не всегда выбор падает на грамотного специалиста - настоящих профи в сфере городского хозяйства по пальцам можно сосчитать. На сити-менеджеров у нас нигде не учат, поэтому было бы неплохо организовать курсы повышения квалификации для руководителей высшего звена, которые стремятся в органы местного самоуправления, считает Сергей Шишкин.

- Можно, к примеру, приглашать в наш регион ведущих российских лекторов, - поддержал идею директор Байкальского аналитического центра Сергей Ильин. - Правда, от воровства институт городских управляющих вряд ли убережёт. Меня просто шокировала статистика по Уралу: там этот механизм запущен в 15% муниципалитетов, и почти треть из всех сити-менеджеров либо под следствием, либо сидят, либо в бегах. А если вдруг за спиной такого управленца окажется криминальная группировка? Конец городу!

В поисках компромисса

Нужно признать, что в большинстве случаев переход от всеобщих выборов к процедуре назначения в нашей стране сопровождается всевозможными скандалами. Конфликтность, по мнению Сергея Ильина, изначально заложена в сити-менеджерской модели и проявляется в виде обострения отношений между группами интересов, стоящими за должностными лицами, уровнями власти, органами МСУ и населением.

- Власть по своей природе стремится к единоначалию, поэтому любой, ею облечённый, будет перетягивать одеяло на себя, - уверен эксперт. - Для примера возьмём город Миасс Челябинской области. Поспорили там сити-менеджер с мэром по поводу даты проведения общественных слушаний. Первый назначит, второй передвинет и так до бесконечности. Каждый настаивал на своём варианте, а суть вопроса уже никого не интересовала.

Не всегда сити-менеджерам удаётся поладить и с депутатами. Так, в конце мая всё в том же Миассе парламентарии выразили недоверие главе администрации, раскритиковав его годовой отчёт, а нижегородские думцы обвинили управляющего в том, что за время его «правления» мегаполис то и дело погрязал в сугробах, стоял в пробках и тонул в мусоре. И если в данных территориях депутаты лишь пригрозили пальцем сити-менеджерам, то их коллеги из Верхнеуфалейского городского округа (Челябинская область) действовали куда решительнее - отправили назначенца в отставку на основании судебного решения. Подобная лёгкость устранения с политической арены, считает Сергей Шишкин, является надёжной защитой от чудачества, в то время как от всенародно избранных мэров так просто «избавиться» вряд ли получится - по крайне мере прецедентов их отзыва избирателями в Приангарье ещё не было.
Впрочем, кризис всегда можно предотвратить, главное - уметь находить компромиссы, считает ангарский сити-менеджер Антон Медко и делится тайнами ремесла:

- Во все комиссии и рабочие группы я стараюсь включать депутатов, ведь они знают районные проблемы изнутри. Ответственность должна быть разделена между представительным органом и администрацией, ведь они решают одни и те же вопросы.

Кстати:

В середине мая в Иркутске был проведён опрос, в котором приняли участие 1200 человек.

На вопрос: «Как вы относитесь к институту сити-менеджеров?», респонденты ответили:

6% «положительно»,
32% - «настороженно»,
39% - «резко отрицательно»,
23% - не определились.

Получается, что трое из четырёх иркутян от данной системы, мягко говоря, не в восторге. Или вовсе не понимают значения этого нерусского слова «сити-менеджер».

Пётр Герасимов, мэр Усольского района:

- Мэр должен избираться народом, а не горсткой людей из думы, которые будут подбирать кандидата «под себя». Мне население доверило управление районом, значит, я несу перед ним прямую ответственность, в том числе моральную.

Евгений Юмашев, мэр города Бодайбо и Бодайбинского района:

- Население должно непосредственно участвовать в выборах, чтобы потом иметь возможность спрашивать с мэра. А сити-менеджер будет зависеть от депутатов-политиков, ведь сегодня поставили - завтра убрали.

Вадим Семёнов, мэр города Черемхово, председатель Ассоциации муниципальных образований Иркутской области:

- Я категорически против института сити-менеджеров. В нашей стране, к сожалению, не придают большого значения муниципальным выборам, делая акцент на региональных и федеральных кампаниях, тогда как в Европе всё с точностью до наоборот. После отмены прямых выборов губернаторов лишать народ возможности избирать ещё и мэров – просто нонсенс! Говорят, что наёмный управленец будет профессиональнее, а у нас хоть один вуз выпускает таких специалистов? Кроме того, на мой взгляд, неправильно совмещать должности мэра и председателя думы, ведь спикер, по сути, занимается политикой. Всенародно избранный мэр должен возглавлять администрацию и отвечать за экономическую составляющую города, это большой завхоз. Лично мне некогда заниматься политикой, я занимаюсь управлением городским хозяйством. На мне мусорки, свалки, вода, тепло.

Вячеслав Иванец, депутат думы АМО:

- Сити-менеджер - это продукт сговора или соглашения элит. Мандат исходит не от населения, а от определённого круга лиц, которые облечены властью, а она, как известно, людей портит. Я поддерживаю ангарчан, который говорят о том, что вместо двоевластия, мы получили троевластие.