Про «белые списки» Минкульта Украины

«Чёрные списки», «белые списки»
По-украински и по-английски,
Списки по делу и не по делу,
Для привилегий и для расстрела.

В списках встречал меня обыватель:
То я — в шортлисте, то — нацпредатель,
То среди тех, кто в клубе подрался,
То среди тех, кто матом ругался.

Кофе и виски — завтрак поэта,
Свежей страницей манит газета,
Вдруг поперхнулся, кофе глотая:
Имя «Орлуша» в списке читаю!

Я потянулся в сладостной неге:
Там — Альмадовар, там — Шварценеггер,
Там — Макаревич, Вендерс и Клуни,
Юрский, Рязанов, Ким и Акунин!

Ну расскажите, разве не мило
Быть в одном списке с Йовович Милой?
Также польстило мне не по-детски
Быть с Михаилом рядом Жванецким

Тут же — элита русского мира —
Гафт, Шендерович, Шац и Земфира,
Миша Ефремов, Троицкий Тёма,
Все, кто любимы, все, кто знакомы.

Люди, попавши в разные списки,
Мерятся весом, ростом, пипиской:
Если на первом, скажем, ты месте,
То, безусловно, больше известен.

Место второе определили
Маленькой Ахеджаковой Лие,
А на последнем (Западу — фига!)
Встала актриса Вера Фармига.

Буду предельно скромен и честен:
Я — на двадцатом (так себе) месте.
То ли светится нужно почаще,
То ли поэт я не настоящий?

Ниже немного — Танечка Лаза—
рева, с которой пил я три раза,
Ниже на строчку — грусть Рубинштейна…
Кто бы налил героям портвейна?!!

Кстати, о списке: список не длинный
Тех, кто вступился за Украину,
Тех, кто, хоть вывод мог бы быть страшен,
Крым не назвал ни «русским», ни «нашим».

Мне говорили, эту нетленку
Лично составил сам Кириленко.
Кто Кириленко? Он — украинский
Главный в минкульте (типа — Мединский).

Но Кикабидзе с Басилашвили,
В список включая, их не спросили,
А ведь у них, как у Паннетьери,
Мужа-боксёра нет, я проверил.

Клаусу Майне с Джаредом Лето
Что-нибудь вряд ли будет за это,
Мы же, попавши в «белые списки»
Можем лишиться русской прописки.

Для пониманья другу-министру:
Если бы немцам-антифашистам
Сталин по спискам дал бы медали,
Все бы их долго после искали.

Злобы бояться ватно-какашной
Я не намерен, вовсе не страшны,
Все их запреты, все их законы!
Мы перешли давно Рубиконы.

«Чёрные списки», «Белые списки» —
Это подмога подлым и низким,
Из заготовки в общем-то вздорной
Список Мединский сделает чёрный.

Нас выбирают, мы выбираем,
Чёрное чёрным мы называем
Не ради списков, а ради дела
Мы называем белое белым.

Андрей Орлов (Орлуша)