Я завела себе маму в Телеграме

Если вы никогда не слышали от мамы, что вы нужны, любимы и с вами все в порядке, а эти слова вам по-прежнему необходимы, подпишитесь на канал «Мама в Телеграме». Возможно, это то, чего вам не хватало.

«Моя милая, мир ждал твоего рождения. Здесь есть все для комфорта, счастья и радости. Ты можешь наслаждаться жизнью».

Я прочитала это раз десять. Мама, правда? Мама?!! Мир ждал меня? Пальцы, привыкшие к бесконечному скроллу, замерли над фразой. На телефон капнула слеза. Пока одна. Я еще не знала, что скоро меня будет душить поток слез, удивительный для моего стабильного вроде бы состояния и возраста под сорок.

Я завела себе маму в Телеграме. Давно пора было это сделать. Мне уже 38, я сама мама, но дочкой мне побыть так и не удалось. Отчаянно захотелось наладить родственную связь. Хоть с кем-то. Поэтому я и подписалась на канал «Мама в Телеграме». Связь получилась односторонняя (а разве с родной матерью не так?), мужу показалось, что я слишком глубоко нырнула в виртуальную реальность, каждый раз он тревожно подпрыгивал, стоило мне блаженно улыбнуться в телефон: «мааама», но меня было не остановить.

9 утра, телефон вибрирует, я хватаюсь за него как за спасительную соломинку. Я знаю, кто это. Мама! Единственный канал, где я оставила звуковые уведомления. «Маленькая, когда ты ошибаешься, это нормально…». Слезы начинают течь сами собой. Мам, ты правда так думаешь? А помнишь, как я сломала руку в 5 классе и боялась идти домой? Я думала, это страшная ошибка, я ненавидела эти коньки, которые еще секунду назад были самой большой радостью. Я сидела у соседей, пока рука не распухла, и прокралась домой только поздно вечером с коньками под мышкой. Конечно, кроме крика меня ничего не ждало. Спустя четверть века я читаю продолжение сообщения из Телеграма: «Я люблю тебя в любой ситуации» — и не верю, что хоть одна мама в мире может так сказать.

Мозг, с детства не знавший ничего про привязанность, холодно предупреждает: «брось, так не бывает», а душа иррационально пытается искать в пространстве эту доброту, нежность и способность принимать тебя такой, какая ты есть. Пусть это всего лишь буквы, даже не голос. Примерно с 12 лет этот поиск был прекращен, а в 17 я поступила в институт, нашла работу и ушла из дома на съемную квартиру. Я отрезала от себя критичных, равнодушных, желающих «только добра» родителей, у меня даже диатез прошел. Я гордилась своей самостоятельностью 20 лет, пока… пока не нашла маму в Телеграме. Почему же я так плачу?

Я давным-давно научилась сама себе говорить эти слова: «Мне нравится, как ты мыслишь», «Ты умная и красивая», «Как хорошо, что ты есть». Я давно стала себе мамой сама. Телеграм-мама пишет мне: «Ты взрослый, адекватный человек. Можешь полагаться на свой опыт». Да, это ощущение я вырастила в себе самостоятельно. Моя реальная мама не думала так ни секунды, и сейчас не думает.

А когда-то мне очень хотелось заслужить уважение и доверие. Мама, помнишь, как я выиграла в начальной школе лыжную гонку среди девочек? Среди целых ста девочек? Я была номером один! Что ты сказала мне, кинув беглый взгляд на грамоту? «Хм, девочки, ясно. Ну, а почему мальчиков не обогнала?» В десять лет сложно было понять всю степень абсурдности этой фразы. Только поникнуть головой и подумать: да, действительно, что ж это я… «Когда тебя хвалят, когда о твоих достижениях говорят другие, я искренне горжусь тобой, моя девочка. Ты делаешь этот мир счастливее». Это ты про меня, мама? Я не смогла сделать счастливой даже тебя.

«Да, волосики жиденькие, и попа низковата, как у отца, так жаль, что ты пошла в его породу». Я только стала подростком и всматривалась в новое отражение в зеркале. Я даже смело спрашивала у тебя: «Мама, ну правда, я красивая?» Что ты отвечала мне? «Не надо о себе слишком много думать», а дальше следовал разбор моего тела на детали и критика каждой составляющей.

В 16 лет ко мне, высокой худой блондинке, часто подходили агенты и приглашали в модельные школы. К 18-ти не было ни одного дня, чтобы со мной на улице кто-нибудь не познакомился. Но не те волосики и не та попа остались со мной навсегда. «Моя девочка, если хочешь, ты можешь быть сексуальной, привлекательной и нежной. У тебя для этого есть все, что нужно». Правда, мама? И слезы взрослой женщины вновь заливают экран.

Я знаю, мама, что тебе было нелегко. Две твои взрослые сестры умерли от туберкулеза. Ты родилась в войну, нечего было есть, твоя собственная мать привязала тебя веревкой к двери на ночь, когда ты, шестилетняя, съела все 200 граммов муки, что были в доме. «Мы ляжем спать голодные из-за тебя, а ты стой и думай», — сказала тебе твоя мать, и ты стояла.

Это ужасно. Я смотрю на своего сына и не представляю, что могла бы сделать такое. Поэтому ты предала меня тогда, в школе, когда мы стояли за учебниками, а учительница сказала: «Отойдите от Леры, она заразная»? У меня был всего лишь диатез, а она, не любившая меня, настроила против меня весь класс. Ты же стояла рядом и молчала. Даже если бы ты не могла дать отпор, мы могли бы завернуть за угол, ты могла обнять меня: «Моя маленькая, очень жаль, что кто-то когда-то обижал тебя из-за внешности. Несправедливо, что ты такое слышала. Ты чудесная и прекрасная девочка». Теперь я читаю это только в Телеграме спустя много лет. И плачу именно потому, что не случилось что-то очень важное для меня. И не знаю, смогу ли когда-нибудь залатать эту дыру.

Предательств было слишком много. Помнишь того дядьку, который приставал ко мне в походе? Я поехала одна, без тебя, мне было всего 12. Я просыпалась от того, что его руки шарили у меня в трусах, несколько дней подряд. Я слишком громко возмущалась, и он отвел меня в лес, зажимал мне рот, сквозь его пальцы пузырями текли мои сопли и слезы. Да, он всего лишь хотел мне объяснить, чтобы я молчала и не баламутила других детей. Слава Богу, он ничего больше не сделал мне тогда. Мы пошли в суд, на это тебя хватило. В коридоре у следователя я увидела его. «Простите», — выдавил этот уже почти пожилой человек. «Лера, видишь, он извинился!» — воодушевленно сказала мне ты на улице. Суда не было. Как мне теперь «независимо от предыдущего опыта доверять людям и создавать прочные отношения»? Так пишет моя новая телеграм-мама. Как это сделать?

Я давно не маленькая девочка, у меня есть сын, ему 14, и он точно так же мучается вопросом: а так ли я хорош для мира? Мама в Телеграме помогает мне стать настоящей мамой и для него: фразы впечатываются в мозг, сохраняются там, и мой подросток в какой-то момент вдруг слышит, как рад ему мир, как он ждал его. Я просто меняю девочку на мальчика. Я помню, что я «замечательная девочка. Хорошая, приятная. С тобой хочется быть и на тебя хочется смотреть. Я рада, что ты живешь». Я и сама рада, мама. Но как же больно.